О свадьбе, которая пахнет морем, и о маме, которая стала папой, а потом… Сочи да Абхазией, Ч.11.
Однако Абхазия
Удивительное рядом
Парадоксы: абхазский язык – самый «согласный» язык в мире – в нем 56 согласных букв, и, тем не менее, в столице Абхазии находится улица с беспрецедентно «гласным» названием – Аиааира.
Абхазия гордится самой глубокой карстовой пещерой мира, но это не Новоафонская знаменитость, как вы могли подумать, а полость Крубера-Воронья (глубина 2080 метров), находящаяся неподалеку от Гагры.
Не Финляндия со своими 60 тысячами озер, а именно солнечная Абхазия является самой обводненной территорией Земли: по количеству пресной воды на 1 квадратный километр горной да приморской стране равных нет.
Абхазию принято считать мусульманской страной, однако, действующая мечеть здесь только одна, при том, что действующих языческих святилищ – 5, а православных храмов – несколько десятков…
Так получилось, что абхазские парадоксы – это то, что начинается за КПП Псоу. Понятно, что они связаны не только с языком, озерами, пещерами и верой. В основном, они связаны с настоящим, с тем, что происходит в последние десятилетия. Такой вот, пространственно-временной… парадокс.

Бег по углям
Когда маленькая страна находится между куда более крупными соседями, в любой момент ее песню могут сделать прозой. С Абхазией такие упражнения повторяли много раз, последнее из них наблюдается сейчас. У каждого из заинтересованных фигурантов на свой счет своя, особая правда: Турция думает одно, Россия делает другое, неутомимая Грузия третье. А абхазы слушают и по крупицам возвращают свою государственность, потому что после 1866 года процесс растворения и страны, и нации зашел слишком далеко.
Разбираться в абхазской истории – все равно, что ходить по углям, такова сейчас ситуация. Поэтому я, по возможности притушив противоречия, лишь пробегусь по основным вехам происходившего.
Начну я, пожалуй, с греков, которые – всему и слово, и голова.
Итак, вначале были греки со своей государственностью. Потом здесь располагалась римско-византийская периферия, а вслед за ней, собственно, Абхазское царство. Потом сюда прибыли генуэзские купцы и их интересы, а затем турки – с огнем, мечом и мусульманством. В конце 18 века абхазы сумели встряхнуться, расправить плечи и распространить свое влияние от Анапы до Батума. Но через пару десятков лет русский военно-морской десант упразднил это влияние, и Абхазия вошла в состав России. Роковую роль в судьбе абхазского народа сыграли Кавказская война и антироссийские восстания 1866 и 1877 годов. Более половины абхазов были вынуждены стать махаджирами, то есть беженцами. А на свято место хлынули новопереселенцы (прежде всего – русские, грузины и армяне). Так, в 1886 году абхазы составляли 85,7%, в 1897 году – 55,3% населения автономии. В советские времена этнокатастрофическая динамика продолжилась («точные» цифры привычно лукавили: данные переписей и такой библии, как БСЭ значимо отличались), и к 1989 году абхазы составляли лишь 17,8 % от всего населения республики. Была ли грузинизация республики сознательной, или в битву вступили некие неизвестные науке факторы – вопрос, конечно, интересный, однако к началу «парада суверенитетов» именно грузины составляли абсолютное большинство жителей эдемской территории.
Во время пресловутого шумного парада случились не только аплодисменты, но и беспорядки: например, Грузия в порыве чувств вернула себе Конституцию 1921 года, согласно которой Абхазия, как субъект государственно-правовых отношений в Грузию не входила. В результате Абхазия стала ничьей, то есть самой собой, что и было провозглашено с помощью возвращения себе Конституции 1925 года. Абхазия – суверенная республика, гласил тот краеугольный документ. «Суверенная?!» – трагически очнулась Грузия, и14 августа 1992 года в бой пошли пехота, бронетехника и боевая авиация.
Военные воевали, беженцы бежали, гражданские становились либо первыми, либо вторыми…


символика неопределенного периода
Через 13 месяцев в одержавшей победу Абхазии осталось значительно меньше грузин, домов, санаториев, экономики и спокойствия. Им на смену пришли блокада, миротворческие войска СНГ и военные наблюдатели ООН.
И лишь в последние несколько лет блокады стало не так много (хотя основа экономики – транзит – мертв), первые линии курортов начали восстанавливать чудесную архитектуру, в курорты от Гагры до Афона заспешили целенаправленные туристы, лишенные обжитых мест грузины чувство горя начали менять на все более взвешенные слова и дела… Проза начинает отступать. И пусть песни пока не слышно, мудрые грузины и абхазы уверенно заявляют: главный фактор неопределенности скоро остепенится. Его контракты на оптовую торговлю русофобией приближаются к завершению, а потому не за горами известное: «До свиданья наш ласковый Миша, возвращайся в свой сказочный лес!.. Пожелаем друг другу успеха, и добра, и любви…» А это – главное.
Продолжение следует.